Ю.К. Шафраник, председатель Высшего горного совета НП «Горнопромышленники России» PDF Печать E-mail

Несколько основных слов, поскольку у нас очень разнохарактерный состав, мне хочется его объединить на целевую задачу, которую будем пытаться выполнить. А именно, четкое формулирование предложений по тому, что обеспечит развитие. Но общая часть следующая.
Горнодобывающая промышленность России – один из основных индикаторов состояния экономики России. Ряд секторов отрасли успешно выстояли кризисы 2008-2009 годов и показали высокие темпы развития в последующем. Валовой внутренний продукт России с 2003 года по 2013 год (10 лет) вырос в 5 раз, а добыча полезных ископаемых за этот период соответственно дала бюджету более, чем в 8 раз. То есть динамика за 10 лет (с 2003 по 2013 годы) вполне приличная, я бы даже сказал – хорошая. 
Еще в 2013 году добыча основных видов полезных ископаемых (нефти, газа, угля, руд) имела положительную динамику. Однако в в течение 10 месяцев текущего года эта динамика стала меняться, произошло сокращение добычи газа, падение цен на энергоносители, сокращается добыча угля, снижаются цены на железную руду. Экономическая ситуация в мире и у нас нестабильная. А санкции, при этом, являются дополнительным вызовом. В общем, у нас как бы штормит, и есть задача обсудить эту тему - в какой части мы пройдем этот период. Я уверен с оптимизмом, что мы его пройдем достойно.
Нефтегазовый комплекс.
В октябре состоялся очень представительный Второй Национальный нефтегазовый форум. Все, кто были на Форуме - организаторы и участники - прекрасно помнят насыщенность и результативность самого обсуждения. Сейчас мы занимаемся с Союзом нефтегазопромышленников и министром энергетики Новаком реализацией тех основных позиций, которые там выработаны. Поэтому я не буду на этой отрасли останавливаться, кроме двух-трех основных выводов. 
Первый. Основная задача для нефтегазового комплекса - это «эффективность». Это эффективность использования недр и эффективность работы нефтегазовых компаний. То и другое при общей положительной динамике требует радикально иного подхода и радикально иных показателей. 
Но и задача уже 2015-2016-2017 годов, видимо, физическая – это увеличивать бурение не менее, чем на 15% к предыдущему году. Только этот показатель позволит удержать и, возможно, на длительный срок объем добычи, и только этот показатель позволит не так обеспечить добычу, как обеспечить не стагнацию других видов промышленности. От производства КАМАЗов, которые необходимы для отсыпки и подготовки кустов, до производства труб, оборудования, строителей, связистов, сервисников, буровиков и т.д., и т.д.  То есть само снижение бурения – вот показатель серьезной стагнации промышленности России.
Поэтому вот то, что вынесли мы из анализа ситуации 2014 года, и из Форума, который мы провели. 
Угольная промышленность.
За последние 5 лет производительность труда в угольной промышленности увеличилась почти на 30%. Этим можно гордиться. Это очень серьезная заслуга. И составила 1880 тонн добытого угля на одного работающего. Исторический максимум в 2012 году – 354 млн. тонн. При этом экспорт угля в России вырос в 2013 году на 12% до 142 млн. тонн против 126 млн. тонн в 2012 году.
Вчера я разговаривал с Аманом Гумировичем Тулеевым, мы обменялись по всему кругу проблем, я вообще горд, что сделал Кузбасс, и что сделала угольная промышленность за все эти годы, будучи когда-то (20 лет назад) самой депрессивной, самой убыточной отраслью Советского Союза, затем и России. 
В настоящее время ведутся работы по созданию и обустройству новых центров угледобычи на базе  Эльгинского (Республика Якутия), Улугхемского угольных бассейнов (Республика Тыва) и Апсатского месторождения (Забайкальский край).
2014 год и 2015 год. Наверняка, выступающие подчеркнут, но видимые вызовы – это снижение цены и тарифы и транспорт.
Металлургия.
В России сложилась мощная, конкурентоспособная в мировом масштабе сталелитейная промышленность. Сегодня эта отрасль играет важную роль в российской экономике. В 2013 году объем производства стали в России составил 68,5 млн. тонн. Доля черной металлургии в объеме промышленного производства составляет 10%. По производству стали Россия занимает 5-е место в мире, по объему экспорта стали – 4-е место в мире, по производству алюминия Россия занимает 2-е место, по экспорту – 1-е место. Есть также ведущие позиции (1-е и в первой пятерке) по другим цветным металлам – медь, никель, титан. Россия в 2013 году опередила США в мировом рейтинге и теперь занимает 2-е место по добыче золота. Меня золотодобытчики на одной из прошедших конференций очень жестко покритиковали, что я не упоминаю их достижения, они действительно серьезны, я это учел. 
Имеющийся потенциал горной промышленности страны является хорошей базой для повышения конкурентоспособности  российской экономики, устойчивого развития отрасли. Но необходимы дополнительные, иногда кардинальные изменения в самом Горнопроме или во взаимоотношениях органов власти и Горнопрома. Явно видно, что отсутствует глубокий анализ мировых тенденций в добывающей промышленности и в сопоставлении их с качественным состоянием российских добывающих отраслей. Это видно явно. Аналитика отстает от задач дня. Все 90-ые и начало 2000-ых годов мы жили еще аналитикой, анализом и разработками советского периода. Сейчас всё это уже ушло в прошлое. Мы очень мало вкладываем в это, имеем слабую аналитику, поверхностную, зачастую, публицистичную. Поэтому для нас и возникают темы: вдруг ни с того ни с сего, сланцевая революция или вдруг, ни с того ни с сего, Китай обошел нас в том, другом и третьем. И мы это делаем открытие в течение года. Это, конечно, самый главный показатель негативный. Мы не имеем анализа для принятия самых правильных решений. А в горнодобывающих отраслях правильное решение это почти 15 лет. Сразу перспектива.
Обостряется проблема модернизации. Очень много сделано положительного. Но обновление основных фондов всё еще не превышает 2,5%, а в чёрной металлургии - 3%. Это крайне мало. 
Необходимо отметить наличие  ряда общих нерешенных проблем отрасли, к которым, в первую очередь, относятся: 
- Отсутствие комплексного использования сырья.
- Отсталая технология поисков разведки и обогащения. Я бы добычу даже перескочил, в добыче больше сделано положительного.
- Критический дефицит кадров требуемой квалификации, это практически по всем отраслям, с которыми мы сталкиваемся, и которые мне приходится анализировать.
- Отсутствие развитого института сервисных и юниорских компаний, механизмов их финансирования. Сервис со стыковкой с машиностроением выходит, на мой взгляд, на первые позиции по проблематике и по вкладу в результаты, которые горная промышленность должна дать для себя и для России. Я много не хочу говорить, но пример яркий. 
- Есть несогласованность позиций, нестыковка земельного, лесного и горного законодательств, отсутствие законодательного оформления определения прогнозных ресурсов и порядка их утверждения.
- Отсутствие развитого и открытого рынка минерального сырья и участков недр. Я приведу пример. В Техасе разрешение на бурение скважин дается в течение 4-х суток. У нас, минимум, полгода при большом старании. Этим всё сказано. За этим можно говорить об административных, либеральных, любых подходах. Но надо поставить задачу и понять, почему мы не можем, хоть не за четверо суток, а хотя бы за месяц решить вопрос. Ну что такое? Хоть в четыре раза давайте отставать, а не в 200 раз.
- Минерально-сырьевая база недостаточно развивается из-за низкого объема геологоразведочных работ. В.П.Орлов дал доклад, прекрасный доклад, он будет базой, но его позицию мы знаем и знаем состояние в этом направлении. Оно неудовлетворительное. 
- Выделение новых участков полезных ископаемых, по рудным особенно, на основе рудопроявлений и точек минерализации, возможностей в результате больших объемов региональных работ, включая научно-исследовательские, тематические, геофизические и далее, далее, до федерального уровня. 
Но всё, что я сказал до этого, относил больше к нашей горнодобывающей промышленности и к нашей энергии, и нашей постановке вопросов, а затем, уже во вторую очередь, только к органам власти. 
Проблемы горного машиностроения.
Целый блок. Я только выводы скажу. Но в любом случае, сами горнодобывающие отрасли встали на ноги, получили хорошее развитие в последние 10 лет, часть показателей, вполне положительных, отличных даже, мы с вами слышали. Но мы радикально отстали в машиностроении. И особенно, когда сегодня заиграла тема санкций, это стало воочию видно, и это задача из задач. 
Представьте, Уралмаш делал более 300 буровых установок к 1990 году, а сейчас 30 не может перевалить. Но это Уралмаш не может перевалить! Это показатель очень серьезной отсталости машиностроения, и когда мы говорим о горном деле, то я бы считал, что сервисная,  научно-техническая  и машиностроительная тематика – важнейшие в том, что нам нужно развивать, чтобы самим крепко стоять на ногах.
В результате такого короткого блиц обзора я бы хотел сделать заключение.
Главное все-таки, уважаемые коллеги, это, как ни странно, не рассуждения об общем, а решения по конкретному проекту. Это проект добычи ли, проект машиностроительный ли, разницы большой нет. Но это проект и взаимодействие по проекту с органами власти всех уровней для его эффективного запуска. Нам нужно соединить ресурсный, машиностроительный потенциал под эгидой нашего сообщества и во взаимодействии с министерствами и правительством. 
Создание условий для выгодности проекта – это главное. Меньше ходить по кабинетам и просить деньги, а у нас такая беда, особенно к федеральному бюджету обращаться у больших особенно проектов и больших компаний это не возбраняется, но это не главное. Главное, это как на Сахалин-1 и Сахалин-2 – создать условия, когда пришли инвесторы, в тяжелейшее время вложили деньги, и мы сейчас получаем результат, колоссальный результат для региона и России в целом по этим проектам. Поэтому определение проектов и создание условий под проекты на всех уровнях, включая федеральный, я считаю главным.
Благодарю за возможность сделать вступление. 
 
 
Copyright © 2017. НП «Горнопромышленники России».